«...КОЛОТИМСЯ В ОДИНОЧКУ»

29.10.2012


         В газете «Завтра» № 43 (988) от 20 октября 2012 опубликовано интервью лидера Российского детского фонда Альберта Анатольевича Лиханова.

           Текст интревью опубликован ниже:  

           "ЗАВТРА". Альберт Анатольевич, недавно вы отметили юбилей вашего детища, Детского Фонда, созданного 25 лет назад. Что вместили эти годы? Что было важным в начале пути и что важно теперь, четверть века спустя?

           Альберт ЛИХАНОВ. Да, это серьезная дата — если не для Фонда вообще, то для меня лично. Согласитесь, 25 лет для одного человека — более чем достаточный срок, чтобы можно было уже отойти в сторону, вздохнув: слава Богу, я сделал, что мог. Но в том-то и дело, что такие хлопоты и заботы, в которых обретается именно Детский Фонд с его 74 отделениями только в России, не отпускают просто так. Поэтому внутренне встретил этот юбилей — а это, конечно же, и мой личный праздник — в некоей растерянности.
        Вы спрашиваете, что вместили в себя эти годы? Да всё, что пережила наша страна. Разрушение великой и независимой державы, с которой считался весь мир. Смену социального устройства. Обогащение горстки нуворишей и обнищание народа.  
        Фонд начинался с именем Советский, хотя мы и тогда не получали бюджетных средств — про нынешние времена вообще молчу, но делали мы дела поистине государственные. На деньги, которые давал народ.  
        Сегодня это и вообразить невозможно, но это было! К примеру, только в 1990 году мы направили за наш счет, с оплатой дороги, командировочных, "полевых" и, главное, всё это организовав, — 2674 медицинских работника в республики Средней Азии. Называлась та программа "Медицинский десант", а посвящалась спасению малышей первого года жизни — дети умирали в жару от диареи, от низкого уровня медицинской помощи. И вот наши результаты: за тот год умерло детей первого года жизни на 22% меньше, а это около 4000 душ, на 40% снижена заболеваемость детей вирусным гепатитом "В", в 1,8 раза уменьшена материнская смертность. И так продолжалось три года подряд. А потом мы создали систему специальных доверенных врачей Советского Детского Фонда — главных специалистов Минздрава СССР, которые работали на всех территориях этого громадного региона до разрушения СССР, профессионально влияя на уровень детского здравоохранения в республиках.  
        Или наша программа "Дети Чернобыля". Мы отправили в свое время 10 000 детей в 30 стран мира на лечение и реабилитацию. Только в том же 1990 году и только на Кубу по приглашению Фиделя Кастро мы послали 1311 наших ребятишек из "чернобыльских зон" Белоруссии, Украины, России…  
        А семейные детские дома, придуманные нами, которых в СССР было образовано 578 (в России — 368)? Ведь только в России больше 4000 детей получили в дар не что иное, как семью, ставшую спасительной для них.  
        А 10 000 сирот и инвалидов, которых мы 25 лет кряду привозим в Москву на 1 июня, Международный день защиты детей? А 880 детей, которые с помощью нашего Фонда и при наших, очень непростых, усилиях получили бесплатные операции на сердце в клиниках только США?  
        Всем, кто настроен недоверчиво и цинично, могу присоветовать простейшее: примерьте ситуацию к себе. Вот у вас ребенок, рожденный с пороком сердца, его надо повезти в США… Как это сделать, кто это сделает, сколько это будет стоить, куда надо сунуться? Все эти ответы уходят в незнание, в ноль, не исключая денег.  
        Да, теперь всё решительно переменилось. Наш народ стал беден. К тому же, ему внушена ложная идея — думай только о себе. Главная, на мой взгляд, беда — мы оказались в состоянии нарастающей человеческой разобщенности. Протянуть руку другому — всегда было в наших народных обычаях.   Теперь всё это если и не скончалось, то идет к тому уверенной походкой. Богатый — богат, бедный — пропадает. Но другому бедному он уже не поможет, и не только потому, что у самого ничего нет. А потому, что он никому и ни во что не верит.  
        Изменилось ли детство? Еще как! Оно лепится по образу и подобию взрослых. А получается еще хуже. Начну с простого — с русского языка. Дети неграмотны. Минобразования с его ЕГЭ, который нужен не России, а Западу, дает не знание, а умение отгадывать ребусы. Дети плохо и мало читают. В преподавании языка (русского, конечно) к ним снижены требования. Отмена сочинений и переход на изложение ведут наше население к резкой деградации — кто-то этого усердно добивается.  
        Печально признавать, но взрослые растеряли нравственность и культуру, а за ними следуют дети. Не все, конечно. И поэтому защита детства сегодня выдвигает на первый план тяжелейшее и мало видимое дело — защиту детской духовности, опирающейся на наши традиции: на русскую классику во всех областях, в том числе, научную классику, воспитание иммунитета к западному влиянию — как влиянию распада.  
        Видите, от спасения жизни надо двигаться к спасению души. Боюсь, и тут Россия уже почти всё потеряла.
 

         "ЗАВТРА". Говорят, все мы родом из детства. И каждый человек, пришедший в этот мир, знает день своего рождения. А у Детского Фонда есть день рождения? И чем нынешний юбилей отличается от предыдущих?

        Альберт ЛИХАНОВ. День нашего рождения — 14 октября, праздник Покрова Пресвятой Богородицы. И мы верим в ее благодать, защищающую страждущих детей России. В этот же день — 180-летие освящения домового Храма во имя Димитрия Солунского по Армянскому перелку, 11, где расположен наш Фонд. Это здание в течение всех 25 лет мы трудно восстанавливаем, а теперь любовно содержим, ведь здесь была родительская усадьба Федора Ивановича Тютчева, который сказал: "Умом Россию не понять". И это — так.  
       Детский Фонд явился к жизни не по щучьему велению, как, может, кому-то теперь кажется. Мне повезло еще в 1985 году, когда тогдашний генсек подписался под поручением Правительству на моем письме о сиротстве. Появилось первое базовое решение самой центральной власти в пользу сиротства. Еще тогда я предлагал возродить Детский Фонд. Ведь такой Фонд существовал с 1924 по 1938 год, он был создан на траурном Съезде Советов по случаю смерти Ленина и его целью была борьба с детской беспризорностью. Гейдар Алиев, который курировал проект документа по моему письму, ответил мне на мое предложение: "Наверное, к этому мы еще не созрели". Но в 1987 году, в апреле, меня позвал к себе председатель Совета Министров СССР Н.И. Рыжков. Он говорил со мной 3 часа 40 минут. Появилось новое постановление о сиротстве. И в нём — пункт о создании Детского Фонда.  
       Меня до сих пор поражает доверие, с которым ко мне отнеслась тогдашняя власть. Редактор всесоюзного журнала, писатель — все это со мной, конечно. Но я же не был министром образования, который отвечает за всё. Но именно я работал летом 1987 года над новым Постановлением ЦК и Правительства о положении детей-сирот, именно меня позвали с докладом об этом на Президиум Совмина СССР. А потом Горбачев пригласил меня не куда-нибудь, а на заседание Политбюро. И впервые в истории этого уровня власти, тогда решающего, писатель говорил не о проблемах литературы, а о положении детства в стране. И тогдашний "президент" (Председатель Верховного Совета СССР) А.А.Громыко, и его сотоварищи по Политбюро слушали этого писателя (то бишь меня), опустив головы.   
       Через несколько дней А.А. Громыко, позвонив мне предварительно по телефону, перевёл на счет оргкомитета еще только создаваемого Советского Детского Фонда гонорар за английское издание своих мемуаров — 25 тысяч долларов, огромные по тем временам деньги.   
       Сегодня, к сожалению, я не могу встретиться с лидерами государства и поговорить о положении детей в России. У меня такое впечатление, что всё из истории и практики Детского Фонда тщательно стирается какой-то чудовищной резинкой беспамятства. Как будто ничего не было. Как будто ничего нет.   
        Но дети — категория вневременная и внережимная. Да, все мы родом из детства. И при любой власти дети были, есть и будут, но надо же понять одну простую истину: судьбы детей решают их родители. А власть должна родителям помогать. А такие структуры, как Российский Детский Фонд, — мост между теми и другими. 
 

         "ЗАВТРА". В том, что юбилейные торжества, посвященные 25-летию Российского детского фонда, начинались в Кирове, а завершились в Москве, есть своя логика? Для вас важна была именно такая последовательность? Или Кировское отделение Российского детского фонда чем-то выделяется среди других? Опыт какого региона мог бы придать новый импульс общероссийским усилиям по защите детства?

         Альберт ЛИХАНОВ.  В Кирове не торжества начались, а "волна действий". Она — в пользу детства — прокатилась по всей стране. А Кировское отделение Детского Фонда — среди лучших. И оно было создано первым в 1987 году после Всесоюзной учредительной конференции. Именно поэтому Кирову был отдан приоритет как месту старта нашей "волны действий". Вообще, хочу пояснить, что слова "торжества", "юбилей" мы не очень-то почитаем. И Международный съезд волонтеров детства в Москве, посвященный 25-летию Детского фонда, мы провели как День благодарения людям, помогающим детям не только России, но и мира. 
       Смысл этого съезда — сказать спасибо волонтёрам со стажем: не тем, кто еще только собирается кому-то помочь, но кто уже сделал благое дело. Причем, многие это сделали под эгидой именно Детского Фонда и благодаря ему. Вот мы этим людям и поклонились, включая, конечно же, большую группу родителей-воспитателей созданных Фондом семейных детских домов из стран СНГ, совершивших поистине чудесные благодеяния во спасение сирот.
 

         "ЗАВТРА". Когда создавался Детский фонд, вы предполагали, что со временем ему придется настолько меняться? Удалось ли уже тогда заложить в его структуру ген восприимчивости к возможным переменам в стране, в повседневной жизни сограждан, или в какие-то моменты приходилось действовать по обстоятельствам? Что из того, что делалось 25 лет назад, вы бы теперь сделали иначе?

        Альберт ЛИХАНОВ. Когда мы создавали Фонд, я был уверен в двух важных вещах: в отзывчивости миллионов людей и надежности власти, которой выгоден Детский фонд как система, консолидирующая народ, его инициативу, его, в хорошем смысле, гражданственность.  
      Разве можно было тогда вообразить нынешний разгул коррупции, социальное расслоение, обеднение миллионов людей, рост тех бед, с которыми прежде было покончено — беспризорность, малограмотность, ослабление семейных уз, требующих от людей исполнения их человеческих обязательств? Но ведь еще Христос всем указал: нельзя молиться мамоне, изгоните торговцев из Храма, "пустите ко мне детей моих!". Однако, мы, как будто всё слыша, всё понимая и всё зная, ничему не желаем следовать.  
      И 25-летняя жизнь Детского фонда утверждает: те, кто следуют нравственным требованиям, те, кто не обогащаются, а отдают, — достигают свершений, нужных и им лично, и государству. В конце концов, 223 только российских родителя-воспитателя семейных детских домов, удостоенных по инициативе Фонда государственных наград — разве это ни о чем не говорит? 

       

        "ЗАВТРА". Платная медицина, "обдираловка" ЖКХ, циничные хосписы, где смертельно больным людям помогают "за квартиру"… А Детский Фонд остаётся по-настоящему благотворительной организацией вот уже многие годы. Глухие дети получают слуховые аппараты, больные диабетом — глюкометры, бедные селяне получают бесплатных коров по бесподобной программе "Стадо Детского Фонда". Почему именно вы взвалили на себя эту ношу?

        Альберт ЛИХАНОВ. Я никогда не задумывался об этом. Но, может, это кто-то свыше дал мне такое поручение? Тяжёлое, очень тяжёлое. Особенно сейчас. Но и в советские времена меня подвешивали "на крюк". Самое страшное — пытались оболгать. И я сам не понимаю, откуда взялось у меня терпение всё это выдержать, совершенно точно зная, из каких источников идут команды. Наверное, Покрова Богородицы защищали Фонд и меня самого. Очень в это верю.  
      А всё, что вы перечислили, — это же и есть смысл, содержание работы Фонда. Добавлю только, что если бы нынешнее государство давало нам средства хотя бы только на самые острые требования детства и по отдельным программам — эффективность была бы поистине общенациональная. Мы это доказывали не раз.  
      У нас 30 федеральных программ. И они касаются разных аспектов детских проблем. Местные отделения решают сами, какие программы выбрать себе, в зависимости от того, насколько они актуальны для региона. Некоторые же программы рождаются в регионах, и мы утверждаем их в качестве федеральных. Например, в Кирове родилась и стала федеральной программа "За решеткой детские глаза" — помощь детям в местах заключения. В Амурской области родилась программа "Коровье стадо Детского Фонда", которой последовали многие территории. Смысл: бедной сельской семье дарится корова, первая же тёлочка которой передается следующей бедной и многодетной семье. Тут возрождается идея народной взаимопомощи! А она так нужна всем нам!
 

        "ЗАВТРА". Альберт Анатольевич, а ваши добровольные помощники, волонтеры детства — кто они? Есть ли среди них те, кто в юности испытал на себе заботу и помощь Детского Фонда и теперь, став взрослым, всего себя отдаёт защите детства?

         Альберт ЛИХАНОВ. Увы, уж мы-то хорошо усвоили эту обидную аксиому: "Ни одно доброе дело не остается безнаказанным". Но надо следовать и другой: сделав доброе дело, не жалей о нем. Большинство тех, кому мы помогали, прошли эти испытания, пережили их и благополучно о нас забыли. Но у нас есть истинные благодетели. Например, Валентин Михайлович Павлюченко. Он был когда-то заместителем министра Миннефтегазстроя, теперь возглавляет инжиниринговую компанию. Этот человек все 25 лет существования Фонда систематически, порой — даже ежемесячно, вносит деньги на наши благотворительные счета. Второго благотворителя с таким стажем, именно финансовой помощи, не назову. Но есть у нас целая армия людей, добровольно служащих детству, посвятивших ему всю свою жизнь. В достойной форме находятся наши региональные отделения, около 20 их нынешних руководителей работают с самого начала деятельности Фонда, помогают детям почти по 25 лет каждый. И я за это низко кланяюсь им.

        "ЗАВТРА". Мир детства — не изолированное сообщество, влияние на него, причем, не всегда благотворное, оказывают многие факторы современной жизни. Проблемы детства нарастают, как снежный ком, преступления против детства становятся все более изощренными. Что можно противопоставить этому, какую духовную, нравственную заставу выставить? Может ли современная литера- тура, современное искусство в целом, помочь детству? И может ли у детства быть, скажем, свое телевидение? И если да, то каким оно, по-вашему, должно быть, телевидение детства? 

         Альберт ЛИХАНОВ. Увы, культура наша, в том числе, обращенная к детству, меняется. Классические традиции дискредитируются, внедряется уверенность, что новые поколения надо воспитывать в другой системе ценностных и нравственных координат, где всё определяют сила и деньги. На первых ролях выступают тут TV, "жёлтая" пресса, детские издания, выпускаемые в этой стилистике. И то, и другое, и третье может служить благим целям как техническая возможность. Но ведь эти цели утрачены. Погоня за "баблом" всё сметает и всё переворачивает. Детское телевидение ведь создано, существует, финансируется. Но что это изменило? Без нравственной цели не может быть смысла — вот что.

        "ЗАВТРА". 75 отделений в России и СНГ, научно-исследовательский Институт детства, Детский реабилитационный центр под Москвой, Центр для сирот-младенцев при московской Морозовской больнице, три журнала, издательство, штатные работники и десятки тысяч активистов — только этим структура Российского детского фонда не исчерпывается?

        Альберт ЛИХАНОВ. За всем перечисленным — тяготы и страдания, и это прежде всего. Да, у нас есть Детский реабилитационный центр под Москвой. Отовсюду, где случались беды: разлив нефти в Коми, Чернобыль, Чечня, Беслан, Южная Осетия, — мы привозили сюда раненых, потерянных, испуганных детей за свой, а не за казенный, счёт и выхаживали их. В ответ удостоены потрясающего рекорда: 100 судов прошли наши службы, отбивая по закону принадлежащую нам собственность и землю.  
      Как вам такая наша востребованность? Ведь это же люди, представляющие государство, чиновники от макушки до пят, говорят нам, общественной организации: идите вон, мы не дадим вам работать, даже нарушив все законы, коли понадобится. И мы судимся. Вместо того, чтобы в ближайшем Подмосковье создать современный Артек, утраченный в Крыму. И все-таки мы создаем новую версию Детского реабилитационного центра.  
      Что касается множества штатных работников, то это миф. Речь идет об очень небольшой группе людей. В областях у нас по два, от силы три человека при жалкой зарплате, да и ее-то региональные отделения должны еще заработать. Так что, как и все доброе в нашей стране, делаем своё дело с трудом, с болью, с тяготами, не благодаря, а — вопреки. Но — делаем. И, заметьте: мы ни разу не попросили, а значит — и ни разу не получили — иностранной помощи.
 

         "ЗАВТРА". Альберт Анатольевич, к одному из юбилеев Российского Детского Фонда был издан том "Письма в защиту детства", составленный из ваших статей, выступлений, интервью. К нынешнему юбилею подоспел новый: "За малых сих!" А прибавилось ли ваших художественных книг, посвященных миру детства? Остаётся ли время на литературное творчество?  

         Альберт ЛИХАНОВ. Я сейчас отложил на несколько месяцев работу над новым романом, написанным вчерне. Горюю по этой причине. Но знаю, что должен отдать Фонду то, без чего он не обойдется. Ведь я добровольно принял на себя эту ношу. Значит, винить некого.

       "ЗАВТРА". И еще раз о деятельности Фонда. Какой вы видите её после того, как преодолён четвертьвековой рубеж? Семейная форма опеки над сиротством сохранится, получит новый импульс к развитию, или есть другие идеи? 

        Альберт ЛИХАНОВ. Как цыганки говорят: "Что было… Что будет…" Кто это знает? Вот начали программу "Детский туберкулез". Выпустили независимый доклад Фонда с таким же названием. Иосиф Кобзон вручил его, по нашей просьбе, лично Путину, прямо в руки, вскоре после президентских выборов. Тот обещал рассмотреть самым серьёзным образом. Предполагаю, что дал поручение. И, как сказал шекспировский Гамлет: "Дальше — тишина…" Колотимся в одиночку. Деньги собираются с трудом. С первыми пятью миллионами, которые дал народ, начинать такую тяжёлую программу нельзя… Так что выбора у нас нет. Точнее, выбор есть, и он один: работать, биться, достигать. В меру сил и возможностей. Повторяя при этом: мы — профессионально структурированная гражданская организация, к сожалению, не востребованная властью.  
       В начале деятельности Фонда мы были её помощниками на самом высшем уровне. Достаточно вспомнить армянское землетрясение — создав специальный центр спасения детей в Ереванской консерватории, мы вернули 543 ребенка, найденных под развалинами, их родственникам, 400 детей привезли на Кремлевскую ёлку, устроили в Германии в пользу детей благотворительный футбольный матч между сборными командами ветеранов СССР и мира, а в Испании — благотворительный же матч между сборными шахматными командами нашей страны и мира.  
      А наши программы "Слепые дети", "Глухие дети", поддержка новых технологий с детьми, больными ДЦП, организация первых усложненных черепно-лицевых операций детям-сиротам уникальными американскими хирургами, — при этом, уезжая из страны, эти хирурги хранили свои эксклюзивные инструменты в бухгалтерском сейфе Детского Фонда — это ведь не случайность какая-то, а уровень доверия!  
     Фонд и сегодня способен, готов, структурирован для того, чтобы решать серьёзные социальные задачи для всей страны. И когда у нас были народные деньги, мы ничего не просили у власти. Повторюсь: теперь народ обеднел. У олигархов — свои фонды. И мы просим власть: повернитесь к нам. Мы готовы быть ответственными социальными партнерами. Но вынуждены — хотя я уважаю эту теорию — заниматься малыми делами.  
      Конечно, доброе дело всегда найдет лазейку: в программе "Глухие дети", по которой 20 000 детей бесплатно получило от нас слуховые аппараты, появилась новая строчка под названием "кохлеарные имплантации". Это когда малышам, рожденным без слуха, особые хирурги под водительством профессора Георгия Таварткиладзе, внедряют специальную, очень дорогую технику. Цена одной операции — миллион рублей. А еще дорога? А то обстоятельство, что семья такая, как правило, бедна, и операцию-то надо делать до 5 лет? Но мы устраиваем так, что операция делается бесплатно. А к этому прибавилась еще одна приятная новость: "Райффайзенбанк" подарил нам бонусные мили, которыми мы оплатим дорогу бедным детям и сопровождающей их маме. Намерены применить эту льготу для перевозок детей и с другими заболеваниями.  

     Даже если Детский Фонд выручит одного ребенка в день — это уже для кого-то спасительный результат. А мы живем под девизом: "Ни дня без доброго дела!" И у нас больше 70 отделений! Так что… Люди добрые — и даже злые, но разумные! — не отворачивайтесь от детей! И своих, и чужих!


Источник: Газета "Завтра" № 43 (988) октябрь 2012 год



Версия для печати
Туберкулез - болезнь бедных

На основе мониторинга Детский фонд подготовил и издал независимый доклад "Детский туберкулез". В нем дана объективная картина эпидемиологической ситуации, сформулированы причины бедственного положения детей, предложены меры по борьбе с этим национальным злом. Читать доклад