Встреча с человеком щедрой души


           В.П. БЕЛИНА: "Ту боль, которую фашисты принесли на нашу землю, я унесу с собой"


        «Советская Россия» уже сообщала о Вере Павловне Белиной, участнице Великой Отечественной войны, защитнице Сталинграда, которая, прочитав в нашей газете обращение Детского фонда, пожертвовала все свои сбережения – 40 тысяч рублей – на помощь больным туберкулезом ребятишкам.
         Нам очень захотелось познакомиться с этой замечательной женщиной, в годы войны юной девушкой-связисткой сражавшейся за свободу нашей Родины, а сегодня помогающей спасать ее будущее – детей. И рассказать о ней нашим читателям. 
         Прошлую субботу корреспонденты Виктория Смирнова и Роман Акользин провели с Верой Павловной в пансионате «Коньково», где она проживает. Разговор состоялся интересный и содержательный, Вера Павловна ответила на многие вопросы молодых журналистов. Но лучше всего представление о жизни, судьбе, убеждениях ветерана дают ее собственные слова.

         – В этом году, 14 октября, мне исполняется 90 лет. Я прожила долгую жизнь, в которой было место и радости, и горю. Находясь в конце жизненного пути, я не могу понять и принять того, что сегодня творится в нашей стране. Когда я увидела в очередном номере «Советской России» фотографию той бедной больной девочки, я не могла сдержать слезы. После прочтения материалов «Улик», не раздумывая, решила перевести все свои деньги на счет благотворительного фонда, в этом мне помогла работница пансионата. Если бы у меня было больше возможностей и средств, отдала бы им все до последней копейки.
          Сделала это не ради славы и не ради внимания со стороны журналистов, а просто потому, что моя душа не может осознать всего того, что происходит с этими малютками. Самая большая награда для меня – это благодарственное письмо от Детского фонда, которое я получила на днях. Теперь же надеюсь, что мои деньги в чем-то облегчат страдания детишек. Они не только вынуждены переносить мучительное заболевание, но к тому же оказываются брошенными собственными родителями. Это чудовищно жестоко. Это следствие того, что сотворили со страной за последние 20 лет так называемые реформаторы. 
Помню время, когда при звучании гимна СССР, несмотря на какие-либо невзгоды, сердца всех советских людей наполнялись гордостью, слезы текли по щекам, а на душе становилось тепло и спокойно от понимания того, к какому великому обществу ты принадлежишь.
          Сегодня с телеэкрана льются потоки грязи на нас, на защитников Советской страны. Эти журналисты, политики и священники пытаются убедить российское общество в том, что якобы мы и наши современники защищали не Советскую Родину, а какую-то оторванную от реальности аморфную Россию. Нет, господа, это далеко не так. Советская власть дала нам все, и именно поэтому мы так истово встали на ее защиту.
Весной 1941 года я оканчивала Московский железнодорожный техникум. В мае меня с группой направили на прохождение преддипломной практики в Челябинск на строительство первой в России железной дороги, оборудованной автоматическими семафорами. У всех было приподнятое настроение, больше месяца мы работали в поте лица, 25 июня собирались отправиться домой. Однако война спутала все наши планы. Практику продлили до сентября, а по возвращении в Москву мне вручили диплом, и сразу же я отправилась на службу в армию.
          Поскольку моей гражданской специальностью была радиосвязь и радиотехника, меня зачислили связистом. Около четырех месяцев меня переучивали с гражданского на военный лад, а после отправили в Сталинград. До наступления лета город жил сравнительно спокойно, но уже после первой бомбежки 22 августа 1942 года все изменилось в одночасье. 
В четыре часа дня мы спрятались в бомбоубежищах, а когда вышли – города уже не было. Волга была покрыта пятнами растекшегося мазута и крови, среди обломков плавали тела убитых. По ночам после каждого такого налета мы вылавливали и хоронили погибших.
          В такой обстановке я познакомилась со своим будущим мужем. Помню, как в феврале 43-го мы победно ликовали, встречая сдавшегося в плен Паулюса. Он был худой, как спичка, однако шел, не сгибаясь, и ступал твердо, чего нельзя было сказать про тащившуюся за ним немецкую армию. Для них это было страшным унижением. Нам даже стало жаль этих оборванных, голодных и израненных солдат, которых фюрер бросил на смерть в далеких чужих степях.
         После Сталинграда нас с мужем разъединили, меня направили в Краснодар и на Кавказ. Здесь, уже на освобожденных от фашистов землях, я стала свидетелем ужасов, которые творили оккупанты и предатели на нашей земле. В аэропорту Таганрога мы обнаружили овраг, куда немцы целыми самосвалами сбрасывали полуживых людей, а после обливали мазутом и поджигали. Когда мы начали разбирать тела, оказалось, что некоторые еще были живы. Мы извлекали их и отправляли в госпитали.
        Честно говоря, я до сих пор не простила немцев за совершенные ими преступления. Легко прощать нынешнему поколению, которое торопится забыть СССР и события даже 20-летней давности, но ту боль, которую фашисты принесли на нашу землю, я унесу с собой в могилу.
        После войны я окончила Московский финансовый институт и пошла на работу в Госбанк. Потом меня перевели в министерство легкой промышленности. Через несколько лет во мне проснулась непреодолимая тяга к искусству. В свободное время я стала посещать музеи, а когда представилась возможность, устроилась на работу музейным служащим в Третьяковскую галерею. Работала я и в музеях Кремля, в частности в Оружейной палате. Это было лучшее время моей жизни.
        Сейчас стало модным поливать прошлое грязью, обсуждать массовые сталинские репрессии. Я этого не понимаю. Советская власть дала нам все, я получила высшее образование, интересную работу и счастливую жизнь. Сама я из простой рабочей семьи и с уверенностью утверждаю, что никого из моих близких или фронтовых друзей репрессии не затронули. Не пострадала также семья моего мужа, принадлежавшая к старому знатному роду. Несмотря на это, его сестра работала в аппарате революционного правительства. Эта женщина прекрасно знала немецкий язык и помогала Молотову. Она рассказывала мне, как Ленин, а потом уже и Сталин без охраны покидали территорию Кремля, чтобы прогуляться по столичным бульварам. Очень тепло отзывалась о Луначарском. 
        Мы вырастили прекрасного сына, который получил высшее образование, работал по профессии и подарил нам внука. Выйдя на пенсию, мы с мужем и внучком объездили весь СССР. Наших пенсий хватало на поездки в Крым, Прибалтику, на Урал, Кавказ.
        Однако горбачёвская перестройка поломала не только систему, но и жизнь нашей семьи. В 1991 году моего сына уволили из разваленного исполкома. Он был очень ответственным человеком и воспринял это как личную трагедию. Более десяти лет безуспешно пытался найти работу, перебиваясь временными подработками. В 1999 году умер его отец, а в 2004-м в возрасте пятидесяти трех лет умер и он сам.
        Уверена, что если бы не было всей этой перестроечной аферы, не только мой сын, но и миллионы других людей, погибших в эти ужасные годы, были бы живы. После смерти сына я отдала квартиру внуку и ушла в дом престарелых. Мальчик вырос, у него появилась молодая жена, родилась дочка, а в нашей «двушке» жить таким скопом просто невозможно. 
        В пансионате я живу в отдельной комнате. Мои близкие регулярно приезжают ко мне в гости, а за все время моего нахождения здесь от врачей и персонала никогда не слышала грубого слова. Питание здесь нормальное, в одежде не нуждаемся. Со всеми постояльцами живем дружно.
        Нам, ветеранам войны, можно сказать, повезло. В других домах престарелых условия намного хуже. Старики там живут по восемь человек в палате, питание ужасное, а обслуживания никакого. В принципе здесь все понятно: через нас власти пытаются приватизировать Великую Победу, поэтому на наши головы и сыплются такие привилегии. Даже плату с меня как с фронтовика берут небольшую, всего три тысячи рублей в месяц. В то время как мои соседи, ветераны труда, вынуждены платить по 10–12 тысяч, и это притом что их пенсии намного ниже моей.

* * *
       Хочу заметить: нас, ветеранов, пытаются перевоспитать прилипчивые попы. Конечно, не бесплатно. Исповедаться хочешь – плати 200 рублей, еще какое-то мероприятие – 300…

Я много десятилетий являюсь подписчиком вашей «Советской России» и очень ее люблю. Особенно мне нравятся ваши тематические вкладыши, в которых отмечаются знаменательные исторические даты, рассказывается про великих российских и советских деятелей. Частенько, собравшись с другими ветеранами, мы перечитываем материалы и обсуждаем их.


Газета "Советская Россия" № 44 (136987) от 26 апреля 2012 года



Туберкулез - болезнь бедных

На основе мониторинга Детский фонд подготовил и издал независимый доклад "Детский туберкулез". В нем дана объективная картина эпидемиологической ситуации, сформулированы причины бедственного положения детей, предложены меры по борьбе с этим национальным злом. Читать доклад