22 048 971 118 ₽
Иконка мобильного меню Иконка крестик
1 июня – Международный день защиты детей
1 июня – Международный день защиты детей
Помогите детям-сиротам, детям-инвалидам и детям из малообеспеченных семей познакомиться с культурой по ежегодной программе «1 июня - Международный день защиты детей».
Дорога к здоровью: помогите программе «Мили доброты»
Дорога к здоровью: помогите программе «Мили доброты»

Благодаря этой программе малоимущие семьи могут отвезти своего ребенка-инвалида на лечение, чтобы избавить его от серьезной болезни или хотя бы облегчить ее течение.

Начеку!
Начеку!
С февраля 2022 г. по август 2023 г. в результате боевых действий, в том числе от мин было убито 549 детей. В результате боевых действий ранено 1166 детей. Российским детским фоном создана программа, которая будет обучать детей рискам, исходящим от боеприпасов взрывного действия.
Помощь программе

Российский детский фонд продолжает собирать гуманитарную помощь для эвакуированных детей из Донецкой и Луганской народных республик и детям на территориях этих республик в зонах боевых действий.

Программа
Человеческие ресурсы
Нужны волонтеры:
  • водители
  • фасовщики
  • грузчики
  • медики
  • менеджеры
Материальная помощь
Необходимые вещи:
  • дизельные генераторы от 3 квт
  • тепловые пушки
  • батарейки АА
  • батарейки ААА
  • газовые обогреватели
  • газовые балончики к обогревателям
  • спальники зимние влагозащитные
Кому помочь
Помощь программе

Российский детский фонд продолжает собирать гуманитарную помощь для эвакуированных детей из Донецкой и Луганской народных республик и детям на территориях этих республик в зонах боевых действий.

Программа
Человеческие ресурсы
Нужны волонтеры:
  • водители
  • фасовщики
  • грузчики
  • медики
  • менеджеры
Материальная помощь
Необходимые вещи:
  • дизельные генераторы от 3 квт
  • тепловые пушки
  • батарейки АА
  • батарейки ААА
  • газовые обогреватели
  • газовые балончики к обогревателям
  • спальники зимние влагозащитные

АЛЬБЕРТ ЛИХАНОВ: В КАЖДОГО РЕБЕНКА МЫ ВКЛАДЫВАЕМ ЛЮБОВЬ К СТОЛИЦЕ

Дата новости 01.06.2018
Количество просмотров 594

Интервью Альберта Лиханова, посвященное Международному дню защиты детей, опубликовала газета «Вечерняя Москва».

1 июня, в Международный день защиты детей, 11 тысяч детей из регионов и бывших союзных республик посетят Москву по приглашению Российского детского фонда. «ВМ» пообщалась с его основателем, руководителем и идейным вдохновителем Альбертом Лихановым и выяснила, насколько безопасно подрастающему поколению в современном мире, как привить любовь к печатному слову и каким образом меняется роль взрослого в жизни подростков.

— Альберт Анатольевич, вопрос в лоб: насколько остро сейчас стоит проблема защиты детей?

— Несмотря на то что Международный день защиты детей был учрежден еще в 1949 году, в большинстве стран эту дату не отмечают. Какого-то особого внимания к детям практически не существует. Крайне мало организаций, которые направляют свою деятельность на решение существующих проблем в рамках всего государства. И наша страна мало от них отличается. Да, существуют частные и общественные организации, которые совершают попытки, достойные уважения. Но системным многолетним опытом вряд ли кто-то может похвастаться.

— В нашей стране 31 год назад эту миссию взял на себя Российский — а тогда еще Советский — детский фонд…

— И не останавливаясь ни на день, мы продолжаем поддерживать наших детей.

— Какие же мероприятия запланированы в этот раз?

— В этом году мы привозим в Москву 11 тысяч детей из 26 регионов и из целого ряда бывших союзных республик. Это ребята, для которых сегодня Москва и Россия в целом — откровение: воспитанники детских домов Киргизии, дети из горных аулов Армении, подростки из областей Казахстана и Узбекистана. Что они сегодня знают про тот же русский язык? А ведь именно с традиции языка начинается единение, взаимопонимание.

— Чем же будет удивлять юных гостей столица?

— Помимо подарков, сладостей и книг, эти дети получат возможность посетить 18 столичных театров и увидеть лучшие представления на главных сценах страны. Они прогуляются по набережным, покатаются на теплоходе, посетят Кремль — даже для многих взрослых это все еще мечта. В каждого из этой группы детей мы вкладываем интерес к Москве, не говоря об этом напрямую. Все происходит само собой. Да, за один визит, за одну экскурсию не все поймешь, не все примешь. Но срабатывает главное — эффект открытых дверей.

— По какому принципу вы отбирали участников этого проекта? Ведь попасть даже в 11 тысяч для жителей регионов и республик — целое испытание.

— Со своими просьбами я всегда обращаюсь напрямую к президентам этих стран. И уже власти регионов сами определяют, каких именно детей они отправят в Москву. Это их добрая воля, и мы не вправе вмешиваться. Наша задача — проявить гостеприимство.

— Вы создаете для детей настоящий праздник! Но ведь это лишь один день в году… Существует что-то помимо этого?

— У нас больше тридцати программ, которые носят федеральный характер. И одна из них, абсолютно новая, связана с Китаем. Есть такое заболевание — детский церебральный паралич. К сожалению, наша отечественная практика его лечения развивается с большим трудом. Хотя именно мы стояли у основания системы реабилитационных центров для таких ребят.

— В чем заключается эта система?

— В ее основе — применение космических костюмов. Тех самых, которые космонавты надевают, находясь в невесомости. Принцип их работы заключается в том, что они держат мышцы и тело «собранными». Выяснилось, что эти костюмы очень полезны для взрослых, которые перенесли инсульты, а также для детей с церебральным параличом. И сейчас эти реабилитационные центры, применяющие технологии с космическими костюмами, работают в очень многих регионах страны.

— На каком этапе подключаются коллеги из Китая?

— Некоторым детям нужна более радикальная помощь. А в Китае ряд клиник способны ее оказать. Мы создали программу «Панда», подписав договоры с целой группой китайских медцентров. В рамках этого сотрудничества мы и направляем детей на лечение. При этом Детский фонд оплачивает дорогу туда и обратно ребенку и одному из родителей. Сама процедура, к сожалению, остается платной. Это уже взаимоотношения семьи с клиникой. И тем не менее наша помощь имеет значительное экономическое значение.

— Сколько ребят уже прошли лечение по этой программе?

— В прошлом году мы направили на лечение порядка 90 детей из разных регионов России. У нас также есть программа «Мили доброты», по которой мы тоже посылаем детей на операции в клиники всего мира, в том числе и по нашей стране.

— Централизованная работа вашего фонда вызывает уважение. Но что вы можете сказать по поводу частных попыток организовать помощь детям с серьезными заболеваниями?

— Я, кстати, против таких систем, когда, например, на телевидении собираются деньги на операции. Какова эффективность? Покажите нам результаты! Разве они есть? В стране провозглашено десятилетие детства, президент Владимир Путин зачитал указ, в котором множество позиций, связанных со здоровьем человека, прежде всего касается детей. На мой взгляд, все платные «засылки», сбор средств на поездки и на лечение нуждаются в серьезной реорганизации. В 2016 году — более свежих данных нет — за счет казны в клиники было отправлено всего 11 человек. И это притом что средства-то собираются! Лечение детей за границей, если это признается объективным, должно полностью оплачивать государство. Такова наша идеология.

Альберт Лиханов лично встречается с участниками своих проектов

— Насколько велико доверие общества к благотворительным фондам? Объективно говоря, есть ли оно вообще?

— Доверие сейчас, признаю, почти на нуле. Раньше, кстати, слово «благотворительный» вообще было изгоем. Когда-то мы существовали без всякой «благотворительности», и даже в тех условиях в наш фонд поступали огромные пожертвования. Они измерялись сотнями миллионов рублей, только представьте. Мы каждый день получали почтовые переводы. И не от богатых — тогда богатых не было! От таких же детей, от пенсионеров. Школьники посылали письма с просьбами купить на переводимые деньги мороженое мальчику из детского дома. Мы совершали дела государственного масштаба. Сейчас все куда сложнее.

— Что стало главным достижением фонда?

— Первое наше решение в 1987 году было посвящено помощи домам ребенка, где жили малыши до трех лет. На 20 ребят полагалась одна нянечка. Любая женщина тут проникнется! А медсестра — вообще одна на 40. Мы за свой счет по просьбе Министерства здравоохранения разукрупнили эти группы до 10 человек на собранные народные деньги. И такого рода акции шли одна за другой.

— Начало было положено воодушевляющее…

— Сегодня у нас уже нет таких ресурсов. Но запал остается. Например, мы стараемся помочь противотуберкулезным санаториям для детей, их в стране 140.

— Альберт Анатольевич, но разве это не задача правительства?

— Я хочу, чтобы вы поняли: мы не подменяем государство, мы ему помогаем. Не мы же оплачиваем лечение, их содержание, это действительно задача правительства. Но детям определенно не хватает чего-то совершенно простого: спортивного инвентаря, например. Сейчас мы намерены закупить этим санаториям велосипеды и лыжи. Детям нужно много двигаться. Раньше я, как глава фонда, сделал бы это одним росчерком пера. Сейчас на то же самое уходит несколько лет. И все же это пример того, что общественная организация может заниматься делами государственническими, не освобождая его от прямых обязанностей. Это и есть профессиональный подход к благотворительности.

— Вы говорили, что раньше на помощь фонду приходили самые обычные люди. Кто же сейчас оказывает содействие?

— Та же молодежь! Девочки из Московского городского пединститута, например.

— На Западе делать вклады в благотворительные фонды, оказывать содействие подобным организациям считается почетным, многие это даже намеренно афишируют. Есть ли в нашем обществе такая культура, такое отношение к благотворительности? И должно ли оно вообще быть?

— Мы за 31 год существования проходили все. Были и большие делегации американских волонтеров, которые приезжали еще в СССР помогать детям-сиротам. У них был свой интерес: выучить практический русский язык. И мы их с удовольствием принимали, они работали под нашим контролем и по нашим рекомендациям. Да, они не скрывали, что у каждого есть специальный лист, где необходимо проставить отметки. Волонтерская работа за рубежом записывается, это определенная система. И я не против такого. Другое дело, что на моей памяти никто никогда не просил, чтобы мы давали какую-то справку. У нас очень разновозрастная волонтерская публика. Утром помогают девчонки, вечером им на смену — пенсионерки. И если им предложить это куда-то что-то записать, они рассмеются и предложат лучше выпить чайку. Да, это звучит странно, да, это не наша практика. Русская благотворительность не требует благодарности и огласки. Но тут судить не мне.

— Как человек, посвятивший столько лет детям, скажите: действительно ли современные подростки раньше взрослеют?

— Не так давно я наткнулся на доклад Организации Объединенных Наций, косвенно затрагивающий эту тему. По их словам, «цифровые технологии уже изменили мир. Все больше детей по всему миру выходят в онлайн, все больше изменяется их детство. Треть всех интернет-пользователей — подростки до 18 лет. Смартфоны создают уже «спальную» субкультуру, в которой доступ в интернет для детей становится все более персонализированным, закрытым, свободным от родительского контроля». Оказывается, смартфон играет роль раскола! Дети — представители новой цивилизации, а родители — старой. Взросление ли это? Не думаю. А вот то, что это самый мощный удар по прочности семьи утверждаю стопроцентно.

— Какова же в этом изменяющемся мире роль взрослого?

— Какой бы она ни была, наша задача — сохранить ее в лучших традициях того, что уже наработано. Приведу пример. Мы очень дружим с Белгородской областью и ее губернатором. Не так давно мы провели два всеобластных школьных сочинения, которые ставили перед ребятами задачу изучить историю своей семьи. И работы лауреатов стали тем самым ключиком к нашему мироустройству. Как сегодня живет семья? Родители с детьми, пока те маленькие. Вырастая, все стараются найти свое жилье, съехать подальше. Бабушка и дедушка — и вовсе на отшибе. А про прабабушку или прадедушку дети почти ничего и не знают. Это была мощная кампания, был найден механизм: дети пошли с вопросами к своим предкам. У них открылись глаза. Обращение младших к старшим — это всегда позитив, это и есть сплочение семьи.

— Вы, помимо прочих регалий, известный писатель. Многие представители старшего поколения утверждают, что современные подростки, современная молодежь не читает вовсе. Это действительно так?

— Действительно, приходится констатировать такой факт. И этому много причин. Детское чтение — это ведь часть педагогики. Правильно подсунув книжку, можно сформировать полноценный взгляд на жизнь на долгие годы вперед. Я как раз отношусь к тому поколению, которое выросло на книгах. В военные годы они для нас были окном в мир. За дверью квартиры беды, а мы читали про приключения д’Артаньяна, про то, как люди живут. Сейчас это уходит. Ящик не может этого заменить, он не несет с собой морали. Детское чтение должно быть поддерживаемо взрослым человеком. В наше время стоило учительнице сказать: «Как, вы не читали эту книгу?» — и все после уроков толпой бежали в библиотеку.

— В последние пару лет из кинематографа в литературу перешел тренд устанавливать на книгах возрастные ограничения: 6+, 12+. Понятно, это происходит по разным причинам и носит скорее рекомендательный характер. В связи с этим вопрос: где проходит грань между книгой детской и книгой взрослой? И нужна ли эта грань вообще?

— Я не буду первым, кто скажет, что подобную идею следует отменить. Это инновация, которая устарела еще до своего появления. Не надо ребенку ставить клеймо, сколько ему лет. Один в семь освоит то, чего другой не поймет в шестнадцать. Тут, как говорится, по способностям.

— Есть ли способы, которые вернули бы современным подросткам любовь к печатному слову?

— Я вообще не понимаю, как можно жить без книги. Надо и их в этом убедить! Мой дом весь завален книгами, некоторые я читаю одновременно. Надо жить с книгами, тогда сама жизнь станет легче и краше.

— Насколько дружелюбна и безопасна современная Москва для детей и подростков?

— Я не имею права судить о картине в целом. Но 1 июня, в День защиты детей, мы готовим по крайней мере три темы самого серьезного уровня: транспортировка, согласования с губернаторами и президентами, питание. И я вижу, как дети наполнены ликованием, неподдельной радостью. Они сбрасывают свои тяжести и радуются, что к ним относятся как ко взрослым людям. Мы демонстрируем образцовое московское гостеприимство. Мы показываем то, как вся страна должна относиться к детям.

СПРАВКА

Российский детский фонд — организация, оказывающая на благотворительных началах помощь сиротам, детским домам и детям, страдающим от серьезных заболеваний. Был создан 14 октября 1987 года как Советский детский фонд имени Ленина. Среди главных достижений фонда — спасение детей в Средней Азии, помощь пострадавшим в результате землетрясения в Армении, а также поддержка детей Чернобыля, Чечни и Беслана. Имеет консультативный статус Экономического и Социального Совета ООН.

Опубликовано 01.06.2018 на сайте газеты Вечерняя Москва

Комментариев: 0
Оставить комментарий