22 048 970 665 349 ₽
Иконка мобильного меню Иконка крестик
1 июня – Международный день защиты детей
1 июня – Международный день защиты детей
Помогите детям-сиротам, детям-инвалидам и детям из малообеспеченных семей познакомиться с культурой по ежегодной программе «1 июня - Международный день защиты детей».
Дорога к здоровью: помогите программе «Мили доброты»
Дорога к здоровью: помогите программе «Мили доброты»
Когда приходит в семью беда, то родители, чтобы избавить ребенка от страданий, идут на все и отдают последнее. Но не всегда это бывает по карману, даже если продать последнее.
Дети беженцы
Дети беженцы
Российский детский фонд продолжает собирать гуманитарную помощь для детей из Донецкой и Луганской народных республик.
Закупать и доставлять гуманитарные грузы нам удается благодаря средствам, пожертвованным неравнодушными людьми - партнерами, друзьями, подписчиками. Формируется очередной сбор груза.
Помощь программе

Российский детский фонд продолжает собирать гуманитарную помощь для эвакуированных детей из Донецкой и Луганской народных республик.

Программа
Кому помочь
Помощь программе

Российский детский фонд продолжает собирать гуманитарную помощь для эвакуированных детей из Донецкой и Луганской народных республик.

Программа

ГОСУДАРСТВУ, ДО ВОСТРЕБОВАНИЯ

Дата новости 22.04.2016
Количество просмотров 238

В кулуарах этот документ называют «закон о бэби-боксах». Что стоит за таинственным англицизмом?

Бэби-бокс, в переводе — «коробка для ребенка», это специально оборудованная колыбель, где «мамаша» (возьмем это слово в кавычки, ибо даже мамашей назвать женщину, отказавшуюся от собственного дитя, язык не поворачивается), решившая избавиться от новорожденного, может подбросить его государству. Этакая анонимная «бандероль» – получите, распишитесь.
Возле «контейнера безысходности» - инструкция, как им пользоваться. Открываете крышку. Кладете в бокс ребенка. Датчик запускает внутреннюю видеокамеру. Через две минуты к бэби-боксу стартует медицинская бригада. Если вы передумали, на размышления 30 секунд – скорее забирайте крошку и бегите домой, не оглядываясь, проклиная себя за то, что могло бы произойти, но и плача от счастья.

Через полминуты крышка контейнера намертво блокируется. Запоздалое прозрение и возвращение ребенка в материнскую колыбель тоже возможно, но уже после процедуры генетической экспертизы ДНК и всеми юридическими формальностями, с этим связанными.

Вообще-то, по закону «кукушку», подбросившую ребенка на чужой порог, лишают материнских прав. А в Голландии, Великобритании, в большинстве штатов США это и вовсе считается уголовным преступлением.

Идея бэби-боксов стара, как мир.

- Тема «подкидышей» (да простят мне этот не совсем научный термин) не нова в истории России, – рассказывает «Столетию» доктор социологических наук, заместитель заведующего кафедрой социологии семьи и демографии МГУ Александр Синельников. - Еще Михайло Ломоносов в своем трактате «О сохранении и размножении российского народа» предлагал «…для сохранения жизни неповинных младенцев надобно бы учредить нарочные богаделенные домы для невозбранного зазорных детей приему».

Зазорными тогда называли внебрачных детей. Екатерина II приняла к сведению это предложение великого ученого.

В 1764 г. в Москве был открыт первый в России воспитательный дом. Приюты для сирот и подкидышей с давних времен создавались и при монастырях.

Первые в современной России бэби-боксы были установлены осенью 2011 года в пяти городах Краснодарского края. Потом «коробки для подкидышей» (официальное название контейнера) появились в Московской, Владимирской и Калининградской областях, в Камчатском крае…

Сейчас в России установлено около 20 бэби-боксов, размещенных в 11-ти регионах страны. В частности, с ноября 2011 года на территории Пермского края организована работа трех "бэби-боксов", которые приняли пять новорожденных детей. В Ставропольском крае в 2014 году установлено три бэби-бокса, в которых оставлено два ребенка. В Ленинградской и Курской областях бэби-боксы существуют с 2012 года, в которых (на счастье или на беду?) не оставлено ни одного малыша.

Споры вокруг таких «социальных колыбелей» идут по нарастающей, и утихнут, видно, лишь тогда, когда в человечестве отомрет понятие «совесть».

За те пять лет, что в России существуют бэби-боксы, в них подброшено более 30 детей. За пятерыми из них вернулись родные. Статистика вроде бы обнадеживающая.

Возле бэби-боксов висят таблички с телефоном горячей линии. Сомневающаяся в правомерности своего поступка женщина, еще не «отославшая» своего новорожденного государству, может позвонить специалисту психологу и «исповедаться». Профессиональный подвиг анонимного психолога — отговорить мамашу от рокового шага. Впрочем, по телефону горячей линии может позвонить и еще не родившая женщина, но не уверенная в своем и ребенка будущем.

В Совете Федерации прошло обсуждение проекта «О внесении изменений в Федеральный закон «Об основных гарантиях прав ребёнка в Российской Федерации».

Сторонники проекта «закона о бэби-боксах» (к слову, протиснувшегося на рассмотрение Госдумой не с первого и не со второго раза) приводят в общем оптимистичную цифру - более 400-х женщин в кризисной ситуации получили помощь по телефонам горячей линии бэби-боксов. Цифра внушительная, если предположить, что за ней 400 сохраненных в родной материнской колыбели детей, а не обреченных на сиротство малышей. Но это в идеале. И пойди, проверь…

Предлагаемая инициатива вроде бы законодательно защищает жизни и права детей, оставленных родителями в бэби-боксах. Предполагается, что требования к бэби-боксам установит правительство РФ, а органы государственной власти России и ее субъектов, органы местного самоуправления в пределах своих полномочий будут контролировать «установку и эксплуатацию» бэби-боксов.

Авторы законопроекта подчеркивают, что «наряду с иными мерами поддержки, укрепления и России и защиты семьи, бэби-боксы должны стать тем инструментом защиты жизни и здоровья детей, когда иные меры поддержки оказались не способными сохранить семейные узы».

Логика подсказывает, что закон «придумывают» тогда, когда уже припекло, и обществу необходимо срочно реагировать на неуправляемое «аномальное» явление.

Официальный представитель Следственного комитета России Владимир Маркин, горячо поддерживающий идею бэби-боксов, приводит леденящую кровь цифру - в 2014 году в России было зарегистрировано 136 убийств детей в возрасте до одного года.

Авторы документа - председатель Комитета СФ по Регламенту и организации парламентской деятельности Вадим Тюльпанов, первый заместитель председателя Комитета СФ по науке, образованию и культуре Лилия Гумерова и член Комитета СФ по конституционному законодательству и государственному строительству Елена Афанасьева приводят свои аргументы: «в год в России возбуждают 70–80 уголовных дел по факту оставления детей в опасности». Понятно, что цифра неточная, так как невозможно отследить абсолютно все преступления рожениц, оставивших новорожденных умирать на задворках огромной России.

Они уточняют, что их проект не обязывает региональные власти «любой ценой» внедрять бэби-боксы, а лишь рекомендует это сделать. А там, где они уже есть, законодательно легализовать. Причем, каждый губернатор или мэр решает сам, «за» он или «против» «контейнеров для подкидышей».

Закон преследует и другую, на первый взгляд, гуманную цель - осведомленная о возможности оставить в бэби-боксе ребенка женщина не пойдет на аборт.

У проекта немало противников. Например, председатель комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Елена Мизулина справедливо считает, что «закон о бэби-боксах» будет способствовать «разрастанию этой практики». А уполномоченный по правам ребенка в России Павел Астахов считает, что эта инициатива, во-первых, «противоречит российским законам и моральным принципам» (ребенок имеет право знать о своих родителях), а во-вторых, «подвергает опасности жизни оставленных в контейнерах детей».

Сомнительна и сама правовая основа работы бэби-боксов. Функционирование этих контейнеров для отказников противоречит п. 2 ст. 54 Семейного кодекса РФ в части «Каждый ребенок имеет право… знать своих родителей». Налицо правовой конфликт с концепцией анонимности матери (или другого человека), сдающего ребенка в бэби-бокс.

С Мизулиной и Астаховым солидарна и руководитель фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская. «У нас нет проблемы, чтобы оставить своего ребенка, - подчеркнула Альшанская. – Так называемый отказ легко подписать любой женщине в больнице или поликлинике. Сейчас достаточно легко отказаться от ребенка, не объясняя объективных причин. Упрощать я не вижу никакой реальной необходимости».

С резкой, непримиримой критикой закона выступил и «Российский детский фонд»: «Так называемые «бэби-боксы» резко снижают нравственные обязательства общества перед детьми, дискредитируют материнский долг, превращающий отказ от ребенка в бытовое действие, освобождающее такую мать от раскаяния и серьёзного осмысления безнравственного поступка».

У любой проблемы как минимум две стороны. Конечно, помочь заблудшей женщине, поддержать ее морально и материально гораздо сложнее, чем дать ей право «послать бэби посылкой» государству.
Оставаясь при этом инкогнито, а значит не осуждаемой родными, близкими, окружением…

Но вот в чем вопрос. Где гарантия, что женщина, которая изначально морально похоронила в себе женщину и мать, решившись избавиться от новорожденного, поедет на другой конец города, (а то и в районный или областной центр), чтобы цивилизованно оставить ребенка в специальном боксе. Она, давно потерявшая все тормоза и рассудок, скорее всего, как показывает практика, оставит дитя умирать в другом контейнере – мусорном.

Есть риск, что Государственная Дума, приняв такой закон, как бы поощряет чудовищную бесчеловечность поступка таких женщин. Снижается нравственный уровень общества (и без того, прямо скажем, невысокий), пересматриваются важнейшие моральные нормы.

Не знаю, уместен ли в нашей ситуации расхожий штамп, что истина где-то посередине, но руководитель проекта Общественной палаты «Перспектива» Александр Свинин предлагает трезвую мысль - возобновить общественную дискуссию и доработать законопроект. Начать с так называемых рамочных норм. Законопроект будет регламентировать, куда ставить бэби-боксы (при больницах и поликлиниках? При храмах? При родильных отделениях?), как оказывать помощь оставленным в них детям?. Кто будет это финансировать? (К слову, один бэби-бокс стоит 300 тысяч рублей).

- Предложение депутата узаконить безрадостную процедуру передачи ребенка в бэби-бокс – это попытка выбрать наименьшее зло из всех возможных вариантов решения проблемы, - подводит итоги наших размышлений доктор социологических наук Александр Синельников. - Все-таки это гуманнее, когда мать относит новорожденного в бэби-бокс, чем когда выбрасывает его на помойку. Ребенок, оставленный в бэби-боксе, будет жить, а его мать не попадет в тюрьму.

Процедура отказа от ребенка в роддоме сейчас и без бэби-боксов максимально проста, но она не гарантирует анонимности для матери, которая хочет скрыть сам факт отказа.

В наше время рождение детей вне брака не рассматривается как нечто позорное. Однако отказ матери от своего ребенка считается крайне аморальным поступком.

Споров об этом ведется немало. В любом вопросе, тем более таком остром, есть свои «за» и «против». Надо понять, что раз от новорожденного отказалась мать, значит, еще раньше от него отказался и отец. А раз отнесла, как бандероль, в бэби-бокс, значит, и бабушки-дедушки от малыша отказались?!

Виноватых много, а крайняя – мать.

Вопрос очень непростой и здесь надо все до мелочей продумать.

Государственная Дума планирует рассмотреть законопроект в первом чтении в мае 2016 года.

 

Опубликовано 22.04.2016 года на сайте "Столетие".

Семейный детский дом

15 550 ₽

Собрано средств Подробнее
Семейный детский дом
Комментариев: 0
Оставить комментарий