19.11.2014
Сегодня «Российская газета» опубликовала интервью с лидером Российского детского фонда Альбертом Анатольевичем Лихановым, посвященное 25-летию принятия Генеральной Ассамблеей ООН важнейшего для детства документа – Конвенции о правах ребенка.
Сегодняшний Всемирный день ребенка знаковый трижды. 55 лет назад 20 ноября 1959 года Генеральная Ассамблея ООН приняла Декларацию прав ребенка. В честь двадцатилетия этого акта в 1979 году и был учрежден Всемирный день ребенка. А 25 лет назад в этот же день ноября Генассамблея приняла еще один очень важный для детства документ — Конвенцию о правах ребенка, в которой детские права уже не просто декларировались, а приобретали силу норм международного права. Конвенция содержала и механизмы контроля мирового сообщества за тем, как соблюдаются ее положения странами-участницами.
Россия — тогда еще в составе СССР — одной из первых подписала и ратифицировала Конвенцию. Такой оперативной готовности государства взять на себя серьезные обязательства во многом способствовали неуемная энергия и авторитет основателя и главы Советского (впоследствии Российского) детского фонда Альберта Лиханова, который, — что было немаловажно в такой ситуации, — являлся тогда еще и председателем подкомитета по правам ребенка Верховного Совета СССР. В канун сегодняшнего «трижды юбилейного» Всемирного дня ребенка Альберт Анатольевич ответил на вопросы «РГ».
— Четверть века назад проблем у детства России было выше крыши. Тем более, что на изломе истории страны к уже имевшимся добавились новые, — к примеру, на наших улицах появились беспризорники, маленькие попрошайки. Лично для вас с какими надеждами было тогда связано подписание Конвенции?
Альберт Лиханов:
— Конечно, была великая надежда на то, что защита детства у нас станет реальным приоритетом. Не на словах — на деле. Хотелось какого-то нового сдвига, большего прогресса во взаимоотношениях взрослых и детей. Чтобы десятилетиями копившиеся проблемы: казенная убогость сиротских домов, тяжелое положение с детьми-инвалидами, детьми из многодетных малоимущих семей, да все и не перечислишь, — начали решать всем миром — и государство, и само общество.
— За прошедшие годы какую, на ваш взгляд, самую большую победу в решении детских проблем удалось достичь?
Альберт Лиханов:
— Детей стало меньше голодных. Нет той формы беспризорничества, когда маленькие чумазые оборванцы шлялись по подвалам и вокзалам, а милиция их отлавливала, мы уже не рассматриваем беспризорничество как социальный фактор. Надо сказать, еще в 2005 году Комитет ООН по правам ребенка, рассматривая третий периодический доклад России, как исполняются положения Конвенции, выразил обеспокоенность по поводу того, что неудовлетворительные условия жизни детей в России серьезно ограничивают осуществление их прав. Нам было рекомендовано принять все необходимые меры для оказания поддержки и материальной помощи материально необеспеченным семьям с тем, чтобы гарантировать право всех детей на достаточный уровень жизни. И сегодня все же больше внимания и поддержки видят многодетные и малоимущие семьи и те, в которых растут дети-инвалиды, по крайней мере, прав, закрепленных законом, у таких ребят стало больше.
А вот что касается сирот, их число, на мой взгляд, все еще чудовищно велико. Это подтверждается и ежегодными государственными докладами о положении детей (кстати, за 2013 год, по-моему, такой еще не был опубликован). Правда, общество стараются успокоить другими цифрами — сокращением числа детей в сиротских госучреждениях — домах ребенка, детдомах и школах-интернатах, которые почти прекращают свое существование. Детей передают оттуда на появившиеся разные формы семейного воспитания. У нас сегодня есть приемные, опекунские, патронатные семьи. Но, что меня печалит, семейные детские дома Детского фонда, которые мы в свое время создавали, фактически уже не существуют: они переведены в приемные семьи.
— И где сейчас, по-вашему, слабое звено в отечественной системе защиты детства?
Альберт Лиханов:
— Я считаю, одна из самых больных и трагических проблем — это утрата духовной защиты детства. Сегодня школа у нас просто предоставляет образовательные услуги. Понятие «воспитание» в школе исчезло, перед учителем не ставят такой задачи. Но без воспитания ребенок не может жить. Нет воспитания — нет этой духовной защиты. «Что такое хорошо и что такое плохо», — не напрасно такая книжка была заказана Маяковскому. А сегодня дети не знают, что такое хорошо и что такое плохо. С детсадовского возраста ребенок уже впитывает главную «духовную» идею современности: надо быть успешным. Это слово отвратительное. Индивидуалистический термин, он ребенка толкает к тому, чтобы добиться успеха любой ценой, оттолкнуть, отвергнуть товарищество. Что такое мальчишество без товарищества? Просто нонсенс, такого не должно быть. И у девочек дружба тоже всегда стоила дорогого, а сегодня ничего не стоит. У нас наш подростковый мир рассыпается, и это страшно для завтрашнего дня страны.
— А что бы вы сделали, если бы выстраивание духовной защиты детства зависело лично от вас?
Альберт Лиханов:
— Я бы мгновенно отменил ЕГЭ и вернул бы наше образование к лучшим образцам советского образования. Я бы вернул детям все станции юных техников и натуралистов. Все Дома пионеров, чтобы они были всегда открыты, как прежде. Чтобы детям было куда деться. Я бы не закрыл 400 детских библиотек, как это было сделано за последние годы, а открыл бы 1400 новых. Несмотря на то, что наступает Интернет, я бы сделал все возможное, чтобы дети читали.
Опубликовано
19.11.2014 на сайте «Российской Газеты»
Фотогалерея
